Хроники Марина — 5 Возвращение в Самаре

А поезд тем временем все больше набирал скорость, увозя голую девчонку в неизвестность. Я села на корточки и заплакала, ведь совсем непонятно как мне быть дальше. Прыгнуть на скорости из поезда означало покалечиться, а то и погибнуть. Приходилось сидеть и ждать. Но что ждать? Что со мной будет? Поезд мог завезти меня на какую-нибудь товарную станцию, мог на какой-нибудь завод. И там и там наверняка есть охрана. И что мне делать в чужом городе голышом? Не зная где нахожусь, без денег, без помощи. А поезд тем временем на скорости переехал мост через речку, увозя меня в неизвестность. Я осторожно выглянула из вагона, но места были незнакомыми. За это время поезд мог отвезти меня на десяток, а то и два десятка километров. Вроде пока что не очень далеко, но в этих местах я никогда не была, поэтому было трудно ориентироваться. Не добавляла мне настроения и грозовая туча, которая стремительно надвигалась сбоку. И тут я ощутила, что скорость начинает понемногу снижаться. Постепенно поезд начал сбрасывать скорость. Я боялась шелохнуться, чтобы не спугнуть удачу. Постепенно скорость стала такой, что можно было рискнуть прыгнуть, а скорость все падала. И наконец поезд остановился. Надо было срочно выпрыгивать, пока меня не увезли еще дальше. Я осторожно выглянула из вагона, и тут же отпрянула назад: железнодорожная колея тут проходила по невысокой насыпи. А на лугу, у самой насыпи тренировались мотоциклисты. Они гоняли по лугу, периодически заезжая на насыпь и с ревом уносились вниз. Я осторожно выглянула с другой стороны. Тут тоже простирался луг, и только вдалеке виднелась небольшая рощица, по пути к которой изредка виднелись чахлые кусты. Неспешно в мою сторону пастухи гнали стадо коров, так что и тут было невозможно проскочить незамеченной. Состав дернулся, и я поняла, что сейчас он снова поедет дальше, поэтому быстро выпрыгнула из вагона и кинулась к ближайшему кусту, а поезд тем временем снова начал набирать скорость. Я спряталась за кустом, и лихорадочно соображала что делать: пастухи, как только подойдут ближе, увидят меня. А с другой стороны, стоит только какому-нибудь мотоциклисту заехать повыше, так буду тоже видна: ведь со стороны насыпи меня ничто не прикрывает. И тут начал накапывать дождь. С каждой минутой все сильнее и сильнее, а потом начался настоящий ливень. Мне хотелось хоть как-то укрыться, но я вдруг поняла, что за пеленой дождя меня никто не увидит. Да и мотоциклисты скорее всего уехали, потому что рев моторов исчез. Вскочив на ноги, я кинулась бежать к рощице из всех сил. Ливень заливал мне глаза, я постоянно поскальзывалась, падала, но продолжала бежать. В роже я позволила себе отдышаться, и дальше пошла быстрым шагом. Но тут начался град, и мне пришлось спрятаться под деревом. От дождя листья почти не защищали, да и отдельные градины периодически попадали по моему телу. Внезапно все закончилось. Сквозь остатки тучи начали пробиваться солнечные лучи и я пыталась согреться. Пока не появились люди, я пошла вперед вдоль железнодорожного полотна, стараясь пройти как можно дальше, но вскоре роща закончилась. Выйдя на опушку, я осмотрелась. Впереди до самой реки было поле. Причем не просто поле, а перепаханное мокрое поле. Идти по нему в босоножках было самоубийством: такое поле быстро не перейти, увязну по уши, а я была бы на виду со всех сторон. Справа поле можно было обойти, если идти вдоль насыпи. Я даже хотела так и сделать, но подумала, что насыпь меня хоть и прикрывает, но если кто-то поднимется на насыпь, увидит меня, в каком я виде. Да и через железнодорожный мост переходить голышом — не лучшая идея, ведь я буду видна издалека. Еще раз оглянувшись, и не увидев ничего подозрительного, я решительно шагнула на поле. Сначала идти было не трудно, но чем дальше, тем больше сказывалась размокшая земля. Отойдя метров на тридцать, я неудачно шагнула, и провалилась почти по колено. С трудом вытащив ногу, я увидела, что босоножка осталась в земле. Пришлось спасать обувь, ведь когда я доберусь до своей одежды, надо будет идти домой. А босиком это не лучшая затея. Пока я доставала босоножку, вторая нога тоже провалилась глубоко. Пришлось спасать и вторую босоножку. Дальше я шла босиком, держа обувь в руках, перемазанная землей. Все-таки надо было мне идти вдоль насыпи, по твердой земле, а так я медленно брела по вспаханному раскисшему полю, глубоко утопая в земле. Не вернуться ли назад, подумала я, и обойти поле? Но тут я услышала сзади пронзительный свист. Оглянувшись, увидела мальчишек, которые показывали на меня руками, и кого-то звали. От испуга я рванулась вперед, но увязнув в земле, упала, измазавшись окончательно. Когда я встала, то увидела, что количество мальчишек на опушке леса увеличилось. Они оживленно что-то обсуждали, постоянно указывая на меня руками. Мне повезло, ведь если бы часть мальчишек побежала в обход, то на другой стороне поля они были бы раньше меня, и мне не удалось бы от них сбежать. Но они всей гурьбой бросились меня преследовать через поле. И тут я оказалась в выигрышной ситуации: я была босиком, и мне было значительно легче идти, чем мальчишкам, которые поначалу старались не испачкать обувь, а когда они стали проваливаться все глубже и глубже, они потратили время, чтобы закатать штанины брюк. До деревьев на краю поля я добралась с выигрышем в расстоянии. Но понимала, что в лесу они будут меня искать, поэтому надо было убежать как можно дальше. Я бежала, не разбирая дороги, не обращая внимания на колючки и шишки под ногами, а сзади слышала голоса мальчишек, которые преследовали меня. И вот я оказалась на обрывистом берегу реки. Плаваю я не очень хорошо. Точнее — держусь на воде уверенно, а вот плавать на скорость у меня не очень хорошо получалось. Поэтому я прыгнула в воду, но не поплыла на противоположный берег, а проплыла чуть ниже по течению, и спряталась под обрывом, ухватившись руками за свисающие корни. Как оказалось, вовремя: на берег выскочили мальчишки, и стали оглядываться вокруг. До меня доносились голоса: — А может она в лес побежала? — Да я точно видел, что она побежала к реке! — Я слышал, как она прыгнула в воду! — Ну и где же она? — переплыть реку она не успела бы! — Эх, разини, не смогли девчонку догнать! — Может она все-таки где-то на берегу спряталась? — Нет, не могла! — Блин, зря только землей перемазались. Теперь придется отмываться. Тут я не на шутку испугалась, ведь если они прыгнут в воду, то сразу увидят меня. Но к счастью, берег тут был неудобный, и мальчишки ушли. Подождав для надежности еще минут десять, я вылезла на берег, чтобы перевести дух и осмотреться. Противоположный берег порос густым кустарником, поэтому выбраться на берег там было трудно. Кроме того я вспомнила, что вдоль железнодорожной колеи тоже растет кустарник, так что если бы я тут и переплыла речку, то потом мне пришлось бы искать проход, будучи на виду у всех. И тут я придумала: я проплыву вниз по течению, заодно миную мост, а дальше подплыву как можно ближе к своей полянке. В начале все шло как и задумала: без проблем проплыла под железнодорожным мостом, и продолжала плыть дальше. Я уже порядочно устала, и искала где бы вылезти на берег отдохнуть, но тут за поворотом появился пляж, на котором после грозы, к вечеру стали появляться отдыхающие. Будучи голой, с босоножками в руках, я не могла там вылезти. Более того, чтобы никто не заметил, что я под водой с голой попкой, мне пришлось плыть как можно быстрее, и стараться держаться подальше от купающихся. Ну вот, наконец-то пляж позади. Для надежности я проплыла еще немного, и выбралась на берег как раз перед началом кустарника. Плохо только, что я точно не запомнила, где же поворот на мою полянку. Несколько раз я находила места, где крапива между кустами не такая густая, пробиралась туда, но там или не было полянки, или на поляне не было моего нижнего белья, которое я оставила сушиться. Я сильно изжалилась крапивой, руки и ноги покрылись волдырями, более того, несколько раз крапива ужалила меня у киски, но поляны все не было. Вскоре я увидела, что участок с кустарником и крапивой заканчивается, а дальше начинается открытое место. Неужели я проскочила свою полянку? Как мне теперь ее искать? Неужели придется неизвестно сколько лазить по крапиве? Мне стало страшно. И тут я вспомнила ливень, который меня накрыл. А что, если ливень и ветер сорвали мое белье с веток и унесли? Значит надо успокоиться и еще раз обследовать кустарник, и, находя похожие полянки, искать спрятанный мною пакет с сарафаном. Только я хотела повернуть назад, как увидела, что в мою сторону идет пьяная компания. Времени раздумывать не было, и я как была, голышом, вбежала в гущу крапивы. Меня тут

Мой гинеколог сказал что я не могу заниматься сексом две недели…
— Да, а что тебе сказал твой дантист?

же обожгло листьями, а когда я присела на корточки, то один из стеблей крапивы больно хлестнул меня по киске. До чего же больно! Я закусила губу и с трудом заставила себя затаиться. Как назло, компания шла неспеша, дурачась. Еще не хватало, чтобы они остановились где-нибудь поблизости, подумала я. Наконец компания ушла достаточно далеко. Шипя от боли, я выбралась из кустов и осмотрелась. Вокруг было тихо. После этого пошла вдоль зарослей. Только с третьей попытки я нашла свою поляну. Действительно, ветер унес мое белье, но пакет с сарафаном, спрятанный в кустах, остался на месте, и почти не подмок. Я искупалась в реке, и, натянув сарафан на голое тело, пошла домой. Все-таки многовато приключений у меня получилась. Домой я добралась без приключений, если не считать того, что не раз ужаленная крапивой киска горела огнем, поэтому дома я первым делом кинулась в свою комнату и достала из под дивана коробку с вибраторами, которые я там спрятала. Но это уже совсем другая история.

::
error: Content is protected !!