К нам приехал дед Часть 4

Надо ли говорить, что спалось мне в ту ночь не важно. Я то и дело просыпался и прислушивался к происходящему в родительской спальне, но ничего расслышать не мог. В конце концов усталость взяла свое и я погрузился в забытье…
Среди ночи меня будто бы разбудил тревожный голос матери:
— Нет! Что еще вы задумали?!
— Ну-ка, Степ, подержи ее, я за Антошкой схожу, — сказал дед.
— Не-е-ет!!! — раздался срывающийся на плачь, крик моей матери. Потом послышались удары ладоней по щекам и хриплый бас дяди Степана:
— Заткнись шлюха! В жизни все нужно попробовать.
Дед заглянул в мою спальню:
— Антоха, знаю, что ты не спишь и все слышишь… пойдем…

Разговаривают две подруги:
— Слушай, вот мужикам делают обрезание. А зачем?
— Ну как ты не понимаешь! Во-первых, это красиво…

покажу чего…
Я привстаю на кровати и следую за дедом в родительскую спальню, наблюдая по дороге как по его спине сверкая в темноте скатываются капли пота… он зажигает свет…
Моя мама лежит абсолютно голая на своем супружеском ложе, а толстый и лысый дядя Степан, так же голый, одной волосатой рукой зажимает ей рот, а другой держит ей руки, пытаясь одновременно ногой разжать плотно сомкнутые мамины коленки.
— Брыкается, стерва! Давай, Вань, вместе, — обращается он к деду.
Дед ложиться по другую сторону от моей мамы и помогает обездвижить ее окончательно, зафиксировав мамины ноги в раздвинутом положении. Я медленно стаскиваю с себя трусы, обнажая свой возбужденный член и начинаю приближаться к маме в каком-то исступлении.
— М-м-м-м!!! — мычит она, пытаясь освободиться от держащих ее рук, но тщетно. Ее глаза испуганно и умоляюще смотрят на меня, но я непреклонен.
Я пристраиваю свой инструмент к ее хлюпающему лону и вгоняю его туда что есть силы, глядя как вздымается от участившегося дыхания ее красивая грудь. Я буквально скольжу между ее бедер по бархатистой коже, забывшись в сладкой истоме… немного отойдя от первого кайфа и приподнявшись на руках, я вдруг вижу, что дед с приятелем уже не держат ее, а тискают ее груди, а она попеременно сосется с ними, своими руками лаская их набухающие члены. Видя такую картину, я начинаю кончать, изливая в нее море моего семени…
Я проснулся, от того, что у меня в плавках было мокро. Я быстро сообразил, что это была поллюция, вызванная моим сновидением. Обнаружив, что уже рассвело, я сменил трусы и решил все же заглянуть в родительскую спальню и как можно осторожнее, боясь малейшего шороха, приоткрыл дверь туда…
То, что я там увидел, чуть не заставило меня упасть в обморок. На кровати моих родителей лежала моя мама в обнимку с дядей Степаном, закинув на него ногу! А дед, лежат от нее по другую сторону, положив руку ей на бедро. При этом они были полностью голыми и не прикрыты одеялом или простыней! Тут моя мама слегка пошевелилась и я опрометью кинулся в свою комнату, зарывшись там под одеялом. Слегка успокоившись, я стал прислушиваться и услышал как моя мама медленно встала с кровати и со словами: «Боже, что я вчера наделала!», накинув халат, отправилась в ванну.
Пока она умывалась, проснулись и дед с дядей Степаном. Судя по их неразборчивому бурчанию, состояние у них было не из лучших, но тем не менее они быстро поднялись, оделись и отправились на кухню «залечивать раны» крепким чаем. Пока они были там, мама вышла из ванны и стала торопливо собираться на работу. Она хотела выскочить из квартиры незамеченной, но дядя Степан перехватил ее в коридоре:
— Куда же Вы, королева, не попрощавшись?
— Не надо! Пустите, хватит! Мне и так не по себе после вчерашнего…
— Королеве стыдно за подаренную нам ночь любви? Ну а чая попить ей с нами не стыдно?
— Нет, я на работе попью, — отбивалась моя мама.
Тамар, иди, выпей чайку! Человеком себя почувствуешь! — послышался голос деда с кухни.
Мама молча последовала его призыву. Было слышно как она пила чай нервными глотками в полной тишине, потом послышалось какое-то движение на кухне.
— Степан, перестаньте! — заговорила вдруг мама, — Вы понимаете, что мне трудно пережить то, что случилось!
— Да ладно, королева, — послышался вкрадчивый голос дедова приятеля, — вчера Вы просили, что бы я не останавливался, а теперь уже «трудно пережить»…
— О, боже! — воскликнула моя мама и ее возглас был прерван звуком поцелуя. Потом отчетливо слышалось сосредоточенное стариковское пыхтение и вздохи моей матери, шелест слетающей одежды и звон посуды на столе.
— Иди ко мне, моя сладкая! — заурчал дядя Степан.
— Не надо… Антошка… проснется… — прерывисто заголосила моя мама.
— После вчерашней прогулки, он как сурок часов до десяти проспит, — успокаивал ее дед, — так что можешь совсем раздеться.
— О, что я творю! — судорожно застонала мама. Послышался треск раздираемой ткани и шлепки по голому телу.
— О хорошо то как, молодуху драть! — зарычал дядя Степан, — смотри, как тащится! Видно сынок твой ее не дотрахивает…
— Ну еще! Не останавливайтесь, пожалуйста! — завизжала моя мама в ответ на его слова.
— Все, не могу больше… — взмолился приятель деда, — я спустил уже. Давай ты!
— Да не, мне вчерашнего хватило, — отнекивался дед.
— Иван Семенович, возьмите меня! — заверещала вдруг мама каким-то не своим голосом, — дайте мне то, чего мне не хватает с вашим сыном!
— Ну ты и шлюха, Тамарка! — отозвался дед, — раздвигай ляжки пошире! Коль сынок не справляется, я подсоблю…
Послышалось напряженное сопенье деда, плавно переходящее в вой, издаваемый моей матерью.

— Степа, рот ей заткни полотенцем, а то она так весь дом разбудит! — распорядился дед, не сбавляя темпа. Я был в шоке: моя скромная мама во всю кончала на кухонном столе под дедом!

Продолжение следует.

::
error: Content is protected !!